Поделиться
Андрей Омельчук, замглавы Минобрнауки в интервью CNews: Студентам говорят «используй ИИ при написании диплома, только объясни, где, как и для чего»
Тотальная цифровизация: более 75% российских абитуриентов подают документы в вузы онлайн, университеты переходят на электронные студенческие билеты и зачетные книжки. Когда российские вузы полностью откажутся от бумаги и что делать с курсовыми и дипломными, написанными нейросетью? Как цифровые платформы позволяют бизнесу решать свои задачи с помощью российских ученых? О том, какие вызовы и возможности сегодня стоят перед наукой и образованием, в интервью CNews рассказал заместитель министра науки и высшего образования Российской Федерации Андрей Омельчук.
«Более 75% абитуриентов подают документы в вуз онлайн»
CNews: Расскажите, что сейчас на повестке дня в плане цифровизации системы высшего образования в России? Какие крупные проекты состоялись в последние два года, какие — планируются в горизонте 2030 г., до которого рассчитана «Стратегия цифровой трансформации отрасли науки и высшего образования»?
Андрей Омельчук: Сектор науки и высшего образования сегодня — один из флагманов цифровых технологий в стране. В конце 2025 г. мы согласовали с Министерством цифрового развития РФ общий подход к развитию цифровых платформ в сфере высшего образования и науки, сейчас активно разрабатываются группы сервисов доменов «Образование» и «Наука и инновации».
Так, домен «Образование» — это мультисервисный инструмент, включающий в себя все уровни образования, а не только высшее образование. За 2025 г. мы разработали 16 сервисов, включая модуль ФГИС «Моя школа», «Единый электронный дневник «Федеральный дневник», сервисы «Профориентация», «Цифровой психолог», «Поступление в вуз онлайн», «Подбор вуза» и т.д.
Сервис «Поступление в вуз онлайн» у нас работает уже с 2020 г. а в 2025-м мы добавили магистратуру, аспирантуру и вместе с этим — практически 500 новых организаций, которые ведут подготовку по этим направлениям. Сейчас уже 1717 организаций участвуют в цифровом приеме документов на образовательные программы высшего образования.
В этом году им воспользовались более 75% абитуриентов (примерно 1,27 млн человек). Среднее время подачи заявления занимает у абитуриента около двух минут. К слову, все говорили, что с запуском сервиса попасть в Москву иногородним студентам будет легче, ведь им не придется подавать документы лично — мы видим, что, наоборот, вырос поток в регионы. Например, на Дальний Восток, куда очень сложно доехать, чтобы подать документы.
CNews: Какие еще сервисы прорабатываются?
Андрей Омельчук: В прошлом году мы также запустили сервис «Подбор вуза», который помогает абитуриенту подобрать университет по нужным параметрам. Дальше сервисов будет больше: планируем запустить, например, сервис «Заселение в общежитие». С этим тоже всегда было связано множество бумажных документов. Еще один сервис будет связан с подачей заявок на получение стипендий.
Прорабатываем и сервисы в национальном мессенджере MАХ — скоро запустим «Онлайн-расписание», которое будет легко актуализировать. В целом, виден запрос молодого поколения на то, чтобы все форматы коммуникации с вузами были максимально простыми: в смартфоне, через мессенджер, с минимальным количеством кнопок. Естественно, не все услуги можно таким образом реализовать.
CNews: А для преподавателей какие инструменты предусмотрены?
Андрей Омельчук: Да, студенты, и преподаватели должны быть в одной цифровой экосистеме. Сейчас мы думаем над тем, какие сервисы сегодня точно нужны преподавателю. Расписание, учебная нагрузка, распределение дисциплин, конкурс на должность профессорско-преподавательского состава — все это также можно оцифровать.
К примеру, на платформе «Наука» на ФИС ГНА (Федеральная информационная система государственной научной аттестации — прим. ред.) у нас уже собрана вся информация о присуждении, лишении и восстановлении ученых степеней и ученых званий, о диссертационных советах. Ученые видят там всю информацию о своем образовании, повышении квалификации, публикационной активности и патентах.
И для преподавателей мы хотим сделать удобный сервис, чтобы они подавали документы на конкурс в учебную часть или деканат не в бумажном виде, и так же могли в электронной форме затем заключить договор, взяв все данные из своего портфолио в государственной информационной системе.
CNews: Я правильно понимаю, что все эти сервисы будут интегрированы с порталом Госуслуг?
Андрей Омельчук: Да, большинство из них. Кроме того, наша задача при создании новых инструментов — максимально использовать потенциал уже созданных информационных систем, например, системы для приема в вуз.
«Платформа “Наука” помогает бизнесу найти ученых, способных решить его задачи»
CNews: Как сегодня развиваются крупные цифровые платформы в сфере науки?
Андрей Омельчук: У научной сферы много специфичных задач, под которые у нас выделен большой пласт сервисов. Мы разделили их на три группы: наука для бизнеса, наука для государства и наука для ученого.
Ученого на платформе интересуют в первую очередь гранты, меры поддержки, он хочет подать заявку на публикацию своих научных трудов или документы на защиту диссертации. Разобраться во всех этих сервисах поможет «ИИ-ассистент исследователя». Мы сейчас как раз приступаем к его разработке.
Бизнесу на платформе «Наука» интересно найти того, кто сможет решить его задачу. А там у нас, по сути, собрана, информация обо всей гражданской науке в стране, обо всем, что создавалось за бюджетный счет или с софинансированием. Это огромное количество научных исследований.
Здесь мы практически завершили работу по изменению поисковых алгоритмов, ведь важно обеспечить легкий поиск нужной информации. Часто бывает так, что задачу бизнеса уже кто-то когда-то решил, но он об этом не знает — страна большая, организаций и научных институтов много.
CNews: Почти как известный сервис по поиску специалистов, получается.
Андрей Омельчук: Да, но сложнее, ведь внутри каждого исследования много направлений, тем и результатов, задача часто становится многогранной.
У бизнеса, как правило, есть прикладная задача, но он не знает, что именно ему нужно сделать. Мы уже обучили ИИ-алгоритм, который помогает искать нужные научные организации или вузы по простому техзаданию от бизнеса, добавляя необходимые темы и ключевые слова.
Система изначально создавалась как государственное хранилище, и наша задача теперь — интерфейсы. Сделать так, чтобы людям было приятно и удобно с ним работать.
CNews: А уже есть успешные кейсы такого взаимодействия науки и бизнеса?
Андрей Омельчук: У «Газпромнефти» (ООО «Газпромнефть Научно-Технический Центр» — прим. ред.) была задача упрочить зимники — и компании удалось с помощью сервиса найти в МГТУ им. Н.Э. Баумана коллектив, который давно занимается мерзлотоведением и материалами в условиях Арктики. Ученые, уже имея государственное финансирование в рамках своего исследования, донастроили его так, чтобы найти способ, как решить задачу «Газпромнефти». По сути, разработали рецепт модифицированного ледового покрытия автодорог и переправ.
CNews: А компания что-то оплачивает?
Андрей Омельчук: Если ученые найдут способ решения задачи, скорее всего, компания уже придет к ним и закажет конкретную технологию, которую готова оплатить и потом использовать на своих месторождениях.
Первые эксперименты с этим сервисом у нас были в 2024–2025 гг. С тех пор мы получили уже больше 1000 запросов: в основном, это крупные компании, корпорации с госучастием. Но мы понимаем, что пока еще находимся в стадии отладки механизма постановки госзаданий — после его отладки сервис можно будет запускать в массовое пользование, чтобы каждый заинтересованный мог применять платформу для поиска.
Думаю, к концу 2026 г. мы закончим разработку, а в 2027 г. уже будем запускать в массовое пользование.
CNews: А с какими разработчиками ПО вы сотрудничаете?
Андрей Омельчук: Основной контрагент по образованию и по науке — это ЦИТиС, Центр информационных технологий и систем им. Старовойтова. Они обслуживают достаточно большое количество государственных информационных систем, среди которых основное хранилище научных знаний, государственная информационная система научной аттестации, федеральный реестр документов об образовании, вся приемная кампания… По сути, это оператор ГИС, который работает не только с заказчиками в сфере науки и образования.
CNews: В 2019 г. по инициативе Минобрнауки России была создана Национальная исследовательская компьютерная сеть (НИКС), которая позволяет ученым и студентам проводить исследования и проходить обучение. С кем уже состоялась интеграция?
Андрей Омельчук: Национальная исследовательская компьютерная сеть представляет собой, по сути, ключевые вычислительные мощности нашей сферы науки: суперкомпьютерные мощности, каналы связи и пр. В каждом научном учреждении суперкомпьютер не создашь, при этом он должен быть точкой коллективного пользования. НИКС предоставляет доступ к вычислительным мощностям всем научным организациям, от Дальнего Востока и до Калининграда.
Все объединено в одном периметре, и каждый участник исследовательской сети может использовать вычислительные мощности, чтобы провести свое исследование. В НИКС можно загрузить новую информацию, провести вычисления, получить назад уже обработанные данные. В сеть интегрировано 90% научных и образовательных организаций страны.
CNews: В 2021 г. в СМИ звучали цифры, что российские вузы до сих пор используют 88,8% импортного ПО. Что изменилось спустя 4 года — насколько активно университеты импортозамещаются и с каким успехом?
Андрей Омельчук: Системы ВКС сегодня почти все отечественные, системы, связанные с защитой информации — больше, чем на 80%. Почти половина офисного ПО — российская.
Уровень импортозамещения программного и аппаратного оборудования в науке и образовании
Доля отечественного в общем объеме установленного софта и оборудования в образовательных организациях высшего образования и научных организациях РФ, %
Естественно, есть проблемные зоны, например, операционные системы. Здесь в вузах 30–40-процентный уровень импортозамещения. Но обновление зарубежных программных продуктов неразрывно связано с необходимостью обновления инфраструктуры, поэтому ряд ИТ-решений замещается по мере того, как это происходит.
«1 марта 2026 г. все университеты перейдут на электронные студенческие билеты и зачетки»
CNews: Расскажите, на какой стадии разработки «Цифровой профиль молодого человека»?
Андрей Омельчук: Большая часть «Цифрового профиля молодого человека» состоит из той же информации, что есть у каждого гражданина на портале Госуслуг: документы об образовании, которые выданы после 2014 г., сведения о местах работы, о повышении квалификации…
Недавно у нас была дискуссия с коллегами из «Росмолодежи», которые отвечают за «Цифровой профиль молодого человека», мы говорили о том, что важно обогатить его теми данными, которые нужны студенту. Это конкурсы и олимпиады, допобразование, грантовые программы, меры поддержки, сведения о волонтерских проектах. Дальше мы планируем подтягивать всю эту информацию при подаче онлайн-заявок на получение социальных и именных стипендий, стипендий Президента и Правительства РФ.
CNews: То есть скоро студентам уже не нужно будет делать копии свои сертификатов и дипломов, собирать толстые папки с достижениями и нести их в деканат для участия в конкурсе на стипендию? Учитывая нынешние цены на распечатку и ксерокопию, очень хорошая новость.
Андрей Омельчук: Да, мы запустим отдельный сервис, в который можно будет из «Цифрового профиля» эти данные подгрузить и подать на конкурс.
CNews: Уровень бюрократизации, на которую все время жалуются сотрудники вузов, с помощью таких цифровых сервисов явно можно серьезно снизить.
Андрей Омельчук: Да, это одна из задач. Но всего это, конечно, быстро не сделаешь, каждый процесс нужно разобрать. Здесь важно, что подключается большое количество информационных систем, между которыми нужно выстроить устойчивые связи, чтобы быстро подтягивать из них нужную информацию, справки и иные документы, подтвержденные государством.
У вузов действительно огромный объем отчетности, и при этом много информации лежит уже в государственных информационных системах.
Сейчас наша задача отстроить алгоритм по предзаполнению данных по приему абитуриентов и выпуску студентов, чтобы отчетность для каждого университета формировалась автоматически, и мы максимально уходили от бумаги.
Вообще ИИ-агенты и мультиагентные системы в работе ФОИВов, образовательных и научных организаций — это практически уже наступившее будущее. Они помогают снижать трудозатраты на повседневные задачи и уходить от проведения контрольных мероприятий в ручном режиме.
CNews: В прошлом году в России проводился эксперимент с переводом в электронный вид студенческих билетов и зачеток — расскажите, какие результаты?
Андрей Омельчук: До 1 марта 2026 г. все образовательные организации высшего образования должны будут сформировать электронные студенческие и зачетные книжки в ФИС ГИА, и затем они будут доступны портале Госуслуг. Студенческий можно будет предъявить через национальный мессенджер. Сейчас уже загружено более 3 млн студенческих билетов.
CNews: Кажется, некоторые уже начинают ностальгировать по традиционным студенческим и зачеткам…
Андрей Омельчук: Для ностальгирующих остается бумажная альтернатива. Но больший потенциал все равно у электронного формата. К примеру, в рамках программ соцзащиты и поддержки семей при определении дохода семьи учитывается статус ребенка-студента. Сейчас его нужно подтверждать справкой из университета, но после перехода на цифровой студенческий планируется предусмотреть подтверждение статуса в электронном формате».
Многие университеты уже перешли с преподавателями на электронные ведомости, когда оценка появляется сразу в «цифре». Ведь, по сути, физическая зачетная книжка нужна была в условиях большого бумажного документооборота. Чтобы тебе поставили штамп о закрытии сессии в деканате, методист должен был сверить оценки во всех ведомостях с той, что поставил преподаватель, проверить все подписи. А когда вручают диплом, еще раз сверяют зачетку с ведомостью. Сейчас многие вузы уже делают это автоматически: электронная зачетка в конце обучения превращается в цифровой диплом.
CNews: Какие вузы в нашей стране можно назвать флагманами электронного документооборота?
Андрей Омельчук: РУДН — он давно перешел на модель цифровых «зачеток», и мы ее забрали в общую стратегию цифровизации. В вузе, по сути, организовали полноценный портал Госуслуг для студентов, причем начинали они с огромного студенческого МФЦ с кабинками, куда можно было прийти лично. А сейчас они две трети всех документов перевели в личный кабинет.
МФТИ оцифровал до 90% процессов коммуникации с работниками: это и конкурс ППС, и оформление документов и заявления на командировку и пр. Причем они не писали свою систему с нуля, а использовали стандартные решения с рынка, «1С». Теперь мы пробуем масштабировать эти решения на другие университеты.
CNews: Получается, сейчас стоит задача все эти ИТ-системы, которые писались разными вузами по-разному и в разное время, привести к какому-то единообразию?
Андрей Омельчук: В каждом университете есть внутренние процессы, которые устроены по-своему, базируются на различных подходах и требуют адаптации той же «1С». Стандартизированный процесс здесь делать дорого, и все равно каждый будет доделывать его, исходя из своей специфики.
Но в ряде направлений — да, важно перевести всех на абсолютно одинаковые процессы. С поступлением, по сути, мы сформировали некий стандарт, как абитуриент взаимодействует с университетом в цифровом виде с точки зрения коммуникаций. И в масштабах страны это дало хороший эффект. Поэтому большие процессы — общежития, социальные стипендии, конкурсы — мы будем вести по пути создания больших значимых сервисов, тем более что их невозможно сделать, если у тебя нет привязки к государственным данным.
Поэтому мы видим нашу задачу в том, чтобы создать некий цифровой стандарт: что у университета должно быть с точки зрения цифровых решений? Какие лучшие практики и решения можно переиспользовать? По отдельным направлениям мы будем формировать коробочные решения, чтобы их мог взять даже самый маленький вуз в небольшом городе и сэкономить в итоге свои ресурсы и повысить качество процессов.
«Мы абсолютно поддерживаем инициативу, по которой аккредитованные ИТ-компании вкладывают во взаимодействие с вузами 3% средств, сэкономленных из-за налоговых льгот»
CNews: Еще одна проблема наших вузов — содержание многих программ высшего образования устаревает еще до момента их окончания. Острая потребность в специалистах с цифровыми компетенциями требует создания условий для их ускоренной подготовки. Например, в металлургии знания устаревают каждые 3,9 года, в машиностроении — 5,2 года… Как вы считаете, создание цифровых сервисов в сфере образования поможет нивелировать эту проблему?
Андрей Омельчук: Отчасти я с этим тезисом могу согласиться, отчасти — нет. К примеру, высшая математика — это база для большинства инженерных программ, и даже ИТ-специалистам, работающим с ИИ, без нее не обойтись. Что устаревает — прикладные навыки, связанные, например, с использованием инженерного оборудования, ПО в решении задач. И здесь, с одной стороны, «цифра» помогает актуализировать знания. Сегодня даже небольшие региональные университеты могут получить доступ к онлайн-курсам ведущих вузов.
С другой стороны, для решения этой задачи важна связка с работодателем, и в последнее время они сами идут в университеты, чтобы организовать практику, стажировку, показать будущим выпускникам, какой набор специфических знаний актуален для узкой сферы деятельности предприятия. Фундаментальная часть высшего образования формирует общее мышление студента, а уже на нее накладываются навыки выполнения конкретных задач на рабочем месте. Понятно, что у ИТ-шника в «Сбере» и у ИТ-шника на металлургическом заводе они будут разные.
CNews: С января 2026 г. крупные ИТ-организации с госаккредитацией, получающие льготы, должны будут заключать соглашения с вузами для совместной работы над образовательными программами для подготовки квалифицированных кадров в сфере ИТ. Организации с численностью сотрудников не менее 100 человек и выручкой более 1 млрд руб. в год будут направлять не менее 3% от сэкономленных благодаря налоговым льготам средств на подготовку ИТ-специалистов. Как вам эта инициатива?
Андрей Омельчук: Да, подписано постановление Правительства, согласно которому ИТ-компаниям необходимо заключить как минимум одно соглашение с вузом, который проводит подготовку ИТ-специалистов. Перечень специальностей будет утвержден Минцифры России.
Минцифы предложило правильный подход, и мы абсолютно поддерживаем эту инициативу. На старте мы определяли, какие расходы может нести компания и на какие направления деятельности: важно, чтобы они были реальными, прозрачными и влияли на подготовку специалистов. Это может быть реализация инфраструктурного проекта компании, в рамках которого она берет к себе студентов на практику или стажировку, оснащение учебных аудиторий, занятия, которые проводят специалисты организации. Такая связка сферы подготовки кадров с индустрией кажется очень правильной.
До конца года ИТ-компаниям, соответствующим критериям проекта, рекомендуется определить формат сотрудничества с университетами. Заключить соглашение как минимум с одним вузом компаниям необходимо до 1 июня 2026 года — то есть до подачи заявления на подтверждение аккредитации.
CNews: Какие еще форматы взаимодействия вузов и бизнеса были бы эффективны?
Андрей Омельчук: В свое время у нас начался проект «Цифровые кафедры» в университетах-участниках программы «Приоритет 2030», и спрос оказался очень высокий: он в 2–3 раза превышал количество мест, которые некоторые университеты были готовы открыть. Этот формат мы продолжаем донастраивать, чтобы компетенции соответствовали запросам индустрии.
А в целом, все форматы взаимодействия вузов и университетов уже давно известны, компании сейчас активно идут в университеты, потому что прошли времена, когда они говорили «найму кого угодно, ведь могу хорошо заплатить». Важно человека к себе и привести, и закрепить, и удержать. И лучше всего забирать его со студенческой скамьи. Сейчас компании начинают трудоустраивать студентов к себе уже со 2–3 курсов.
Краткая биография
Андрей Омельчук
- 2006 г. — окончил Тюменский индустриальный университет по специальности «Антикризисное управление», квалификация экономист-менеджер.
- 2006–2016 гг. — ассистент кафедры менеджмента в отраслях топливно-энергетического комплекса, замначальника финансово-экономического консалтингового центра, помощник проректора по экономике и финансам, начальник финансово-экономического управления, директор экспертно-аналитического центра Тюменского индустриального университета.
- с 2016 г. — в Минобрнауки России: начальник отдела, замдиректора Департамента финансов, организации бюджетного процесса, методологии и экономики образования и науки, замдиректора, директор Департамента экономической политики.
- с 2020 г. — заместитель министра науки и высшего образования РФ.
CNews: Здесь есть и другая сторона вопроса: в научном сообществе периодически звучат упреки в адрес крупных компаний, особенно, бигтехов — в том, что они «переманивают» высокими зарплатами к себе талантливых студентов, которые могли стать молодыми учеными. И происходит утечка мозгов из российской науки, в особенности, в области высоких технологий, ИКТ.
Андрей Омельчук: Честно говоря, конкуренция за таланты всегда была, есть и будет, от этого никуда не деться. Но, кстати, в плане науки ситуация не такая напряженная, потому что сегодня во многих компаниях есть свои исследовательские подразделения, и с точки зрения страны и вклада в науку страны мы ничего не теряем.
С другой стороны, сектор исследований и в университетах, и в научных организациях сегодня достаточно привлекателен для молодых людей, и на старте предлагается вполне достойный уровень оплаты труда. Крупные научные центры уже обеспечивают его в рамках отраслевых систем оплаты труда. И мы мотивируем отрасль делать это, в том числе через грантовые программы.
Кстати, если на протяжении долгого времени у нас снижалась и численность исследователей, и доля молодежи в науке, в последние годы мы видим перелом. В 2023 г. у нас впервые выросла численность молодых исследователей. И по мере того, как мы движемся в сторону технологического суверенитета, у научных организаций вузов появляется много новых интересных задач — и это тоже отличная мотивация.
Еще у нас прорабатывается формат производственной аспирантуры: чтобы диссертации защищали люди с производства на реальных кейсах. Поэтому здесь конкуренция за таланты есть, но и кооперация — тоже. Сегодня позиции вузов и научных организаций не самые плохие.
«Используй ИИ при написании диплома, только объясни, где, как и для чего ты его использовал»
CNews: В системе высшего образования в России сегодня применяются системы искусственного интеллекта?
Андрей Омельчук: Мы разработали и внедрили единую компетентностно-ролевую модель подготовки в сфере ИИ, а на ее основе — программы уровня Data Science и топ Data Science в 22 образовательных организациях высшего образования. Среди предметов для развития и применения технологий ИИ в университетах — высшая математика, теория вероятностей, теория оптимизации, такие курсы составляют «ядро» любой программы в области ИИ.
Уровень обучающихся задается индустрией и уровнем науки, большинство обучающихся начинают работать с 3 курса бакалавриата и с 1 курса магистратуры.
Такая практика есть в ИТМО и МФТИ.
CNews: Студенты все чаще готовятся к экзаменам с помощью ChatGPT, пишут курсовые и дипломы с помощью нейросетей. Есть ли возможность такую практику «нормализовать» без установки жестких запретов? Видите ли вы в целом угрозу образованию со стороны ИИ?
Андрей Омельчук: Мы понимаем, что искусственный интеллект открывает новые возможности и для образования, и для науки, и для преподавателя, и для студента. Но здесь важно выстроить правильно этику взаимоотношений.
У нас есть университеты, в которых студентам говорят: «пожалуйста, используй искусственный интеллект при написании диплома, только объясни нам, где, как и для чего ты его использовал». Одно дело — воспользоваться искусственным интеллектом для того, чтобы проверить свою гипотезу, провести вычисления, найти информацию, другое — использовать нейросеть для того, чтобы просто сгенерировать текст.
И по мере того, как студенты учатся писать с использованием искусственного интеллекта, университеты учатся распознавать такую работу. А еще вузы и научные организации сегодня могут присоединиться к Кодексу этики в сфере искусственного интеллекта. Его в 2021 г. разработал «Альянс в сфере искусственного интеллекта», кодекс ратифицировали уже более 900 организаций, в том числе зарубежные.
Короткая ссылка
